Белорусы Москвы
Белорусы Москвы
Для кого этот сайт?
Для нас, белорусов, находящихся в Москве.
Творчество
Главная > Творчество > Александр Кожемякин

Александр Кожемякин


* * *

По юности нрав колобродный
В Москву меня как-то принёс.
Далёко отсюда до Гродно,
Считай: восемьсот с лишним верст.

Раскинулась ночь над столицей.
Москва смотрит образы - сны,
А мне вновь мелодия снится,
Напевы родной стороны.

Парит над раздольем природным,
Дух края в себе воплотив:
“ Ой, Нёман, мой бацька, мой родны!” -
Раскованный, мощный мотив.

Он крепнет, вздымается выше,
Растет до небес синевы...
Я сплю и пронзительно слышу
Его в самом центре Москвы!

И сердце забьётся свободно!
И я благодарен судьбе,
Что Нёман, мой бацька, мой родны,
Забыть не дает о себе.


* * *

Меж мной и прошлым встала лет гряда.
Но, все ж, крепки связующие нити:
И мне порой, так хочется туда,
Где вдруг услышу: “Добры дзень! Як жыцце?”

Где в скромном доме матери моей
Стучаться ветви тополей в окошко,
И знойный ветер с картовых полей
Приносит терпкий запах торфокрошки.

Где по весне запчасти и компост
Куда важней моих мудреных книжек!
Где я хорош уж тем, что добр и прост.
Где как-то всё понятнее и ближе.


ВЗРОСЛЕНИЕ

(из отрочества)

Ура! В деревню, к деду еду!
Свечусь, как лак моих штиблет:
Теперь не будет дармоедом
Дразнить - пусть даже в шутку! - дед.

Признался он в письме последнем,
Что захворал, что нету сил
Косить, грести, таскаться с бреднем
И помощи моей просил.

Качу - лечу! Без провожатых -
Ведь мне почти пятнадцать лет! -
И преет, преет в пальцах сжатых
Плацкарта - к взрослости билет.

Качу и от свободы млею,
О том не ведая пока -
Откуда знать мне, дуралею?! -
Что хворь угробит старика.


УХМЫЛКА СУДЬБЫ

Начинал – лихо, гордо, властно.
Был нахрапист и неленив.
Нотки жизни ложились классно,
Но собрать их не смог в мотив.

Повело как-то юзом, боком:
Тест - на жалость, тест - на излом…
Так мечталось-то прослыть пророком!
А пришлось доживать - рабом.


БУМЕРАНГ

Извелась. Постарела до срока.
Не жена, не подруга, не мать…
Как же, милая, ты одинока!
И уже поздно что-то менять.

Вновь средь ночи какая-то сила
Станет душу рвать так, что невмочь:
Отомстила тебе, отомстила,
Не рожденной убитая, дочь.


ОЖИДАНИЕ

А телефон молчит, молчит…
Заброшен начатый гамбит.
Из зазеркалья день-деньской
R в Я мое глядит с тоской.
На подоконник солнца блик
упал, но как-то сразу сник,
и вновь подернулись углы
печалью сероватой мглы.
И на гардине, у окна,
иссохшей воблой – тишина.
И разум рыхл, как целюллит.
И телефон молчит, молчит…
Ты не звонишь, ты не звонишь.
Как мне постыла эта тишь!
В душе – бедлам, в душе - сквозняк.
И все не так! Ну как же так?!


Т У М А Н

Опять с утра колдун Туман куражится,
в седые космы спрятав белый свет.
Посмотришь - вроде что-то в нем покажется,
присмотришься - а ничего и нет.
Куда не глянешь, все Туманом сковано,
и, как ни щурь глаза, не разберешь
где за Туманом верх, где низ, где стороны,
во что поверить, что принять за ложь.

Шарахаются тени, вьются призраки,
пытаясь муть Тумана обмануть,
и недосуг понять им, что из признаков
холодной взвеси соткана их суть.
Что вовсе не боится пуля смелого -
ведь для нее ничто понятье “жизнь” -
и что, возникнув раз частицей целого,
сойдешь подобной частью, как не рвись.

Который год с упорством чернокнижника
стремлюсь познать проблемы бытия!
И – как же ты несносна, метафизика! –
Одно лишь понял: часть Тумана я.
Но не смиряюсь, птицей рвусь из облака! -
Ох, крепко! Крепко держит, чародей!..
Плывут, в тумане растворяясь, облики
казавшихся мне близкими людей.


ССОРА

В квартире - словно кто-то умер.
Дом стал безмолвен будто скит.
Лишь в оброненной трубке зуммер,
как пульс разгневанный, частит.

Ни ругани, ни объяснений.
На всем – нервозности канва.
По гулким комнатам две тени
снуют: тень – он, и тень – она.


НОСТАЛЬГИЯ

В старом тополином парке
Вьюжит ветер снежный пух
В тусклых окнах свет неяркий
вспыхнул, как в глазах испуг.
Вечер чуткий, вечер гулкий,
и, в гнетущей тишине,
уложив в постель дочурку,
ты мечтаешь обо мне.

За стеной сопит угрюмо
нелюбимый, пьяный муж.
Боже, кто, когда придумал
неуют душевных стуж?!
Чуть сползла с плеча сорочка,
дрожь пробила ткань гардин…
Плачешь ты. Спит ваша дочка.
Я грущу. Уснул мой сын.
Об Авторе
Автор прозы, стихов и песен.
Член Союза писателей России и Международного союза писателей.
Родился в 1957 г. Рос в п. Первомайском, Лидского р-на, Гродненской обл. С 1980 года живет в Москве. Закончил МГУ.
Rambler's Top100